• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: графомань (список заголовков)
00:16 

Cheese happens!
Леся, я таки нашел про Лондон из цикла "аГЕОграфия".
и прям такая ностальгия, что я продолжу цикл, наверное.)

я никогда не был в лондоне
хотя хотел бы туда заехать

там изящные мэны
(хотя нет, джентельмены)
там модные дамы
(по местному - леди)

там дождь
легендарный
мелкий, как бисерный, холодный, в тумане
окутанный грустью
но все-таки дождь

там пресса
tabloids and quality press
а еще королева
парламент, министры
и мост через темзу
и пабы
бульвары
и дождь

я так хочу в лондон
под зонтиком бегать
и быть джентельменом
хорошим таким
разговаривать с леди
не верить tabloids
и петь по-британски
под легендарным
британским
дождем

@темы: графомань

17:16 

чернушный рассказ на тему отцов и детей

Cheese happens!
Петя был хорошим и дружелюбным мальчиком, но никто не хотел с ним дружить. Каждый раз, когда он с неловкой улыбкой подходил к очередному потенциальному другу, он видел испуг. Реже – насмешки, на которые он даже ответить не мог. Его накрепко зашитый в детстве грубой ниткой рот (мать зашивала, не обращая внимания на слезы: «Поговори мне тут, гаденышь…») вспухал ужасными шрамами и толстая черная нитка обвивала его, как кровожадная змея. Петя выглядел ужасно и никакое дружелюбие не могло перевесить это. Можно сколько угодно дарить всем конфеты и подмигивать, но когда у тебя внизу лица такое уродство, вряд ли можно рассчитывать на то, что тебе удастся найти много друзей.
Мама запрещала Пете спарывать нитку. «Когда ты молчишь, ты нравишься мне гораздо больше», - говорила она. «А тебе так даже идет», - говорила она. «Уж лучше так, чем твой поганый язык», - напившись, кричала она. «Ненавижу тебя», - всхлипывала она через пятнадцать минут. Водка размягчала ее душу, закрывала глаза, погружала во что-то, что глубже сна – потому что через сон она бы почувствовала, как Петя берет ножницы и подходит к ней. Или уж точно бы проснулась, когда он открыл ей рот и холодное железо прикоснулось к мягкому языку. Все было кончено через секунду, в руках у Пети был новый язык, который он поставит вместо своего, поганого.
Он беззвучно засмеялся и подошел к зеркалу. Черная нитка заскорузла и резалась плохо. Дрожащими пальцами Петя несколько раз порезал себе губы, но не обратил на это никакого внимания. Наконец-то он снял нитку… Наконец-то он может набрать полный рот воздуха, он может говорить. Слова не хотели выталкиваться наружу, но Петя понимал – это дело наживное, это все его поганый язык. Он открыл рот пошире и всунул туда ножницы. Они задевали за гниющие остовы много лет нечищеных зубов, причиняя боль, но Петя улыбался.
Он улыбался даже когда от боли потекли слезы и сердце зашлось в обморочном ритме, сгущая перед глазами непроницаемую черноту. Возможно, он улыбался даже когда падал лицом в окровавленный умывальник – никто так и не смог этого разобрать по его изуродованным губам.

@темы: графомань

Немного солнца в осколках бутылок

главная